Май 2016 года

Б.Очиржав

Доктор технических наук, выпускник Ленинградского (бывшее название) Политехнического Института 1969 года, Инженер гидротехник, Советник проекта Эгийн гольского гидроузла.

П.Баатар

Выпускник Московского Энергетического Института 1970 года, инженер электрик, Советник проекта Шуренского гидроузла.

Воспоминание о прошедшем

 

Мы, представители старшего поколения, оба получили специальность по гидроэнергетике в начале 1970 года, учились в Москве и Ленинграде бывшего Советского Союза. В памяти остались воспоминания о том, что в Монголию часто приезжали эксперты и специалисты социалистических стран (руководителем группы обычно был советский специалист) и с нами вместе разрабатывали документы по развитию энергетики Монголии, в том числе национальную программу энергетического развития МНР, схемы энергетического снабжения, которые составлялись в раз пять лет, проводились изыскательские работы для гидротехнических и других проектов. В этих программах, схемах и документах была выдвинута основная стратегия развития Монгольской энергетики на дальнюю перспективу, подтверждённая расчётами и подписями специалистов. Эта стратегия заключалась в развёртывании в Монголии  сбалансированного развития энергетики, основанной на энергоресурсах обработки полезных ископаемых и гидроэнергетических ресурсов. С того времени утекло многое воды, однако в Монголии и так и остались неосвоенными гидроэнергетические ресурсы.

 

Некоторые вопросы сегодняшнего дня относительно принимаемых мер по строительству гидростанций на территории Монголии, наши наблюдения и замечания

 

В мире идёт тенденция использования возобновляемых энергоресурсов, их основной вид - гидроэнергетика. Это хорошо видно из материалов Конференции по климатическим изменениям в Нью-Йорке (2014) и в Париже (2015). Как известно, среди делегаций 180 государств-участников конференции в Париже, активное участие приняли и президенты наших двух стран. На  этой конференции было одобрено направление на уменьшение числа угольных электростанций и эффективное развитие возобновляемых видов источников, особенно гидроресурсов. Высокоразвитые страны взяли

на себя обязательства по уменьшению выбросов углекислого газа,  например, Россия - на 70%, Китай - на 42%. Расположенная между  двумя великими державами Монголия обязалась увеличить долю возобновляемых источников электроэнергии до 20% к 2020 году.

Из-за того, что источники ветра и солнца в Монголии не постоянны, развитие гидроэнергетики – суть государственной политики. Мы были уверены в том, что в такой критической у нас ситуации мы обязательно найдем поддержку со стороны нашего северного соседа (привычно мы называем “наш брат”), но, к сожалению, идут нападки через некоторые негосударственные организации (НГО). Всякий раз они кричат -“караул!” как только начинается подготовка проектной документации и решения вопроса финансирования проекта ГЭС в Монголии. Ходит один “товарищ” из НГО “Реки без границ” и заявляет, что если построить ГЭС на верхнем течении р.Селенги на территории Монголии, то будет катастрофа. Почему катастрофа? У него нет никаких фактов и цифр, только интонации-популизма. Мы считаем, что российские официальные лица - серьёзные люди. Однако к данному вопросу по строительству ГЭС  в Монголии, как нам кажется, они относятся слишком несерьёзно и односторонне. Постараемся изложить наши мнения по этому вопросу как можно подробнее. Сначала, думаем, полезно будет вспомнить исторические аспекты отношения России и Монголии, связанные с водой, в том числе какой договор в этом отношении действует, какие вопросы возникали и как они решались. В данный момент действует “Соглашение по охране и использованию трансграничных вод ”между Правительством Монголии и Российской Федерации”, которое ратифицировано в 1995 году. В соответствии с Соглашением в течение 21 года работает Комиссия по вопросу трансграничных вод наших стран, сфера Соглашения затрагивает лишь вопросы о реках, протекающих через границу и не охватывает никаких других обязательств.

Раз речь идёт о Соглашении, приходится прибегнуть к юридической терминологии  “трансграничных вод”. В законах и России, и Монголии чётко указано, что этот термин означает только те воды рек, которые текут пересекая государственные границы. Значит мы обязаны говорить о бассейне тех рек, которые текут,  пересекая государственные границы. Других определений и объяснений Монголия не давала, и об этом говорят все юридические акты. По этому определению из больших рек Северной и Центральной части Монголии только река Селенга является “трансграничной”. Приказом Министра Природы и экологии Монголии №332 от 2009 года были утверждены 29 бассейнов рек, среди которых бассейн реки Селенги включает только реку Селенгу, бассейн реки Эгийн гол, реку Эгийн гол, бассейн реки Туул-реку Туул и т.д были определены размеры их площадей. Несомненно то, что соглашение не должно быть вне закона стран-участников, если по другому не предусмотрено соглашением. В связи с тем, что в вышеназванном соглашении не указано иное, Монголия обязана руководствоваться собственным законом. Мы  поинтересовались - в России примерно такие же порядки. Например, к реке Енисей относится не все, что связано с ней, а только её собственный бассейн. Смешивание научной терминологии с юридической здесь не имеет места. Однако, если следить за последней информацией, легко заметить появление некоторых попыток использовать научную терминологию как абсолютную. К примеру, все больше и больше попадается словосочетание - бассейн озера Байкал. В то же время, в законодательстве наших двух стран не существует понятие “бассейн озера”. Когда упоминаешь о том, что не существует такой юридической терминологии, твердят – “существует”, и цитируются, данные о водоразделах мирового океана и классификации рек. Такой подход к применению термина «бассейн озера Байкал» будет означать, что все реки Монголии становятся трансграничными, и мы тогда не сможем что-либо сделать на своих реках. А разве это допустимо? Конечно, нет. Это похоже на абсурд. Поэтому, извините, мы должны сказать, что в отношении водных вопросов наших двух стран справедливо будет опираться на юридическую терминологию.

 

В отношении трансграничных вод следует добавить, что данный вопрос не впервые возникает (и не только между Россией и Монголией), а между странами мира, Европейские страны сумели преодолеть конфликты, возникавшие в водопотреблении и эффективно решить вопросы в рамках законодательства суверенных государств, без какого-либо давления и притеснения друг друга. С другой стороны, каждая страна имеет право использовать определённую долю своей части. Вот, например, река Дунай. Она протекает через территорию 19 стран, на ней построены 18 каскадов ГЭС, согласованы и установлены права и ответственность сторон в соответствии с заключёнными соглашениями и договорами. Такие примеры можно привести и из опыта Канада- Америка, Китай- Индия и других государств. Здесь не известно о действиях, направленных на запрещение или блокировку использования трансграничных вод. Разговор о том, что Россия не разрешит Монголии использовать свои водные ресурсы, не имеет никакой реальной почвы. Монголия, несомненно, будет использовать часть водных ресурсов рек Орхон, Эгийн гол и Селенги. Мы надеемся на то, что Россия и Монголия сумеют успешно решить вопросы трансграничных вод.

 

 

Относительно несусветной околесицы некоторых НГО о большой экологической угрозе в случае строительства гидротехнических сооружений на реке Селенге и на её притоках.

 

Обращаясь к тем, кто говорит странные вещи, как будто мы собираемся уничтожить озеро Байкал, следует сказать, что вокруг озера Байкал столетиями проживали монголы и история монголов  начинается с этого озера. Само слово “Байгал” это монгольское слово. В “Сокровенном сказании монголов ” записано, что предком Чингис хана был Борте-Чоно, который переплыв “Тенгис” (море) кочевал у истоков Онон-реки. Наши предки имели исконное происхождение с этого моря. Мы даём себе отчёт в том, что наш долг - охранять это озеро лучше любой другой нации, независимо от того, где мы живём. Монголам не надо указывать - как защищать это озеро. Вызывает сильную досаду тот факт, что эти проходимцы организуют мероприятия для распространения лживой информации среди коренных жителей-бурятов о том, что монголы намереваются уничтожить озеро Байкал строительством ГЭС.

Теперь несколько слов о самом влиянии на озеро Байкал. На последних за 10 лет Заседаниях Российско-Монгольской Комиссии по трансграничным водам, Российская сторона постоянно ставила вопросы о том, что из-за поступления загрязняющих веществ с монгольской территории, возникает ухудшение экологии озера Байкал. В теме этого постоянного вопроса  обсуждается два аспекта. Один из них это то, что течением реки Селенги переносится большое количество грязи, и это наносит ущерб хрупкой экосистеме озера Байкал. Мы с пониманием воспринимали это как истинный и целесообразный вопрос. Был  сделан один крупный шаг, а именно, монгольская сторона утвердила закон о приостановке деятельности горно-рудных предприятий, находящихся в 500 м вдоль русла реки Селенги и её притоков,  в том числе, золотодобывающих рудников, которые и наносят самый большой вред. Из-за утверждения этого закона Монголия терпит убытки в несколько десятков миллиардов долларов. Разве это не пример добросовестного подхода со стороны монгольского народа и его государства? Было бы справедливо, если это мероприятие будет оценено как реальная работа на пути выполнения требований российской стороны. Откровенно говоря, мы не знаем такого примера с Российской стороны.

 

Другой вопрос - это борьба с весенними и другими угрожающими наводнениями в этом регионе. Как мы знаем, этот вопрос имеет свое решение и нами также изучен. Наиболее целесообразным является создание водохранилищ на верхних притоках озера Байкал. Создание водохранилищ - это классический мировой метод. Хорошим примером может быть созданный каскад водохранилищ на реке Янзцы на территории Китая, позволяющий полностью и целиком решить проблему с наводнениями. Есть сведения, что в дальнейшем на этой реке планируется строительство около 200 плотин. В то время, когда ещё не были созданы регулирующие водохранилища, на этой реке ежегодно случались серьёзные наводнения и количество пострадавших достигало миллионов человек. Многочисленные провинции и города подвергались затоплению. Прямой экономический ущерб оценивался в несколько сотен миллиардов долларов США. Мы вовсе не собираемся утверждать, что строительство плотин не имеет отрицательны моментов. Естественно, определённое влияние от человеческой деятельности будет иметь место. Вместе с тем, известно, что необходимо обеспечить защитные мероприятия для борьбы с наводнением, и это принесёт большой позитивный эффект  и людям и природе. Ведь сегодня никто не в состоянии стопроцентно гарантировать, что на территории Монголии не будет катастрофических наводнений. Значит, если мы сумеем создать водохранилище с плотиной на реке Селенга нам удастся избежать такого рода бедствия, когда в период чрезвычайного наводнения в реку смывается все - грязь, мусор и попадет в озеро Байкал. Более того, Иркутская область будет защищена от наводнений. Отсюда, думаем, каждому будет понятно намерение Монгольской стороны, что принимая во внимание поставленные вопросы с Российской стороны, мы стараемся начать осуществление наилучшего решения - начать создание на верхних течениях рек регулирующих водохранилищ. Это совсем не похоже на то, что мы собираемся уничтожить озеро Байкал. Вызывает изумление факт, что они не понимают наши старания.

 

Нельзя упускать из вида ещё одно. На единственном истоке Байкала -Ангаре - были построены 4 каскада крупнейших гидросооружений (Иркутская, Усть-Илимская, Братская и Богучанская) с общей установленной мощностью 12000 МВт. Из них Иркутская ГЭС использует озеро Байкал как свое напорное водохранилище. Как известно, Российским Правительством установлен допустимый низший уровень озера Байкал как 456м над уровне моря. Приводим выдержку из информации последних лет о том,  как выполняется решение и как поддерживается этот уровень. Если сравнить уровень воды озера от 29 марта 2016 года с уровнем двулетней давности, то он понизился на 42 см. Это обстоятельство связано  с двумя факторами. Во первых, это влияние засухи последних лет не только на территории России, но и на территории Монголии. В дополнении к этому нарушено расчётное условие выпуска воды с Иркутской ГЭС. По расчёту, расход воды с Иркутской ГЭС не  должен  превышать 700м3/с, однако допускался расход воды 1300м3/с, который довёл до такого пагубного состояния.

Об этом постоянно идут критические замечания в российских СМИ. Тот факт, что когда ещё не созданы и не построены какие-либо водохранилища, гидростанции и гидротехнические сооружения на реке Селенга и на её притоках на территории Монголии, но возникают серьёзные проблемы с уровнем озера Байкал - говорит о том, что и на сегодняшний день реально существуют вопросы регулирования уровня воды озера Байкал, и эта ситуация ждёт своего безотлагательного решения. Мы понимаем, что это заставляет нас принимать необходимые меры не только в России, но и в Монголии. Наши специалисты вместе со своими  иностранными коллегами работали над этим вопросом и пришли к выводу, что если мы будем иметь водохранилище на верхних течениях реки Селенги, то мы сможем в какой-то мере решить задачу уровня озера Байкал, регулируя стоки паводковых вод. Поэтому мы считаем, что создание регулирующих водохранилищ будет единственным правильным решением - и для защита от паводка, и в период засухи. Такова реальная ситуация. Раз так, то вместо того, чтобы в унисон кричать “монголы хотят уничтожить озеро Байкал”, необходимо было заставить нас ускорить работу по созданию водохранилищ. Это весьма элементарная логика. Не может быть, что мы со своими русскими коллегами проходили разную науку по водохозяйственному менеджменту. В настоящее время на монгольских водохозяйственных проектах работают квалифицированные и серьёзные специалисты, которые могут разобраться в любых вопросах и у них имеются достаточные обоснования с расчётами. Мы считаем, что здесь  нет необходимости тратить время на приведение разного рода цифр и аргументов. Однако, если кто-либо захочет познакомиться с данными, следует сказать, что такая возможность имеется. Существуют исследования, выполненные французской компанией “Трактебел Инженеринг” (компания работала консультантом Богучанской ГЭС и имеет опыт строительства 250 ГЭС). На основе этих исследований мы пришли к заключению, что после постройки ГЭС Эгийн гол и создания водохранилища только в период заполнения водохранилища, в случае возникновения многоводного 3 года, средневодного 3 года и маловодного 3 года влияние на озер Байкала составит лишь 0.020-0.023% по сравнению с общим объемом, это мизерная доля влияния. После заполнения водохранилища никакого негативного влияния не будет. Хочется спросить о какой катастрофе можно толковать в таком случае?

 

О дальнейшей возможности сотрудничества России и Монголии

 

Здесь следует отметить две вещи.

 

У нашей энергосистемы отсутствует регулирующая генерирующая мощность и на самом деле она не является самостоятельной энергосистемой. Скажите пожалуйста, до каких пор изволите нас держать в таком виде. Мы ежегодно терпим многомиллиардные убытки. Только прошлогодняя потеря составила 70 миллионов тугриков. Мы и так несём потери как в экспорте, так в импорте. В то же время эти потери только экономические. Если мы затронем вопросы надёжности энергоснабжения, там  проблемы потери более усугубятся. Вместе с тем, что пропускная способность 220 кВ ЛЭП из Российской Федерации через Гусиноозерск доведена до предела и из года в год ухудшается. Говорили о строительстве новой ЛЭП. Но не об этом речь. Это - обеспечение безопасности государства через обеспечение самого себя. Без регулирующих гидростанций этот вопрос не будет решаться. Дебаты длятся уже много лет и сейчас пришло время принимать решение. Такого де мнения придерживаются наши иностранные специалисты. В самом последнем мастер-плане, разработанном с помощью АБА записано, что строительство ГЭС в Монголии должно быть выдвинуто на первый план развития энергетики Монголии. Поэтому задача иметь в наличии регулирующую ГЭС ставится как стратегическая задача государства. Независимо от того, кто «за» это и кто «против», Монголия вынуждена решиться.

 

Другой важный вопрос- это вопрос обеспечения чистой питьевой воды.

 

Россия и другие страны, которые имеют большие резервы чистой воды создают несколько сотен водохранилищ. К примеру, вокруг Москвы построены несколько десятков водохранилищ, хотя там имеется несколько больших рек.

Мы все понимаем, что человек как и животное, состоит из воды. Можно прожить без многих вещей, но без воды жизни не существует. Поэтому в 21 веке для больших и малых государств жизненно важным вопросом является наличие запасов чистой воды. По сути дела вопрос ставится “быть или не быть”. Монголия относится к странам, где быстрее всего в мире идёт процесс наступление пустыни.

Последние 10 лет ежегодно пересыхают от 700 до 800 рек и ручьев. Вряд ли кто-то будет спорить, что при нашем малочисленном населении у нас, монголов, должен быть свой запас чистой воды. Это должно решаться наряду с задачей энергетического характера, о которой говорили раньше. Надо понимать одну вещь. Мы можем быть малой страной, у нас не хватает силёнок, нас самих немного, но как суверенная страна, мы должны обязательно решить это жизненно-важный судьбоносный вопрос. Надо только найти правильный путь. Народы двух стран не должны ссориться из-за этого, они должны понимать друг друга и у нас есть предложение, которое будет одобрено обеими странами.

 

Давайте построим ГЭС на реке Селенге совместно, 50 на 50. В своё время из Советского Союза приезжали многие специалисты, проводили исследования, делали заключение, что на реках Монголии необходимо  построить 27 ГЭС. Тогда же начинались подготовки ТЭО и принимались вопросы на уровне политбюро ЦК МНРП. Эти протоколы имеются и сейчас. Более того, у нас даже сохранились вырезки из газеты “Правда”, где говорилось “Построим братскому монгольскому народу мощную ГЭС”. В нашем понимании, если это было написано в газете “Правда”, то должно было осуществиться. Разве можно заподозрить людей того времени в недомыслии? Наоборот, мы относимся к ним с уважением. В последнее время вызывает вопрос- почему появились акции протеста? Нам кажется, что российская сторона боится потерять контроль над менеджментом ГЭС и водными ресурсами. Если бы мы были частью Советского Союза, то не было бы никаких разговоров и уже давно построили бы 2-3 ГЭС. Конечно, никому не хочется терять контроль над водными потоками. Но мы предлагаем построить Селенгинскую ГЭС совместно, что означает для Российской стороны возможность дополнительного контроля за водными потоками. Если не хватает наших обещаний в случае необходимости уменьшить водные потоки озера Байкал, не препятствовать им, тогда мы просто приглашаем вас прийти! Если мы это сможем, то значительно вырастет доверие друг к другу. Вырастет уровень политического доверия, доверия друг к другу.

 

(c) Copyright 2012-2014 "МОНГОЛИЯ СЕЙЧАС"

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Монголия Сейчас» обязательна.    Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Монголия Сейчас» www.mongolnow.com