Ноябрь 2016 года

Портал «МИР и МЫ» провел круглый стол с участием представителей системы высшего образования Монголии, прибывших в Россию для участия в Форуме «Россия-Монголия. Сотрудничество-2016». Они активно участвовали в работекруглого стола «Научно-образовательное сотрудничество Сибири-Монголии: проблемы и перспективы профессиональной подготовки кадров». Гостями портала стали Пурэв АЛИМАА - декан факультета международных отношений Монгольского национального университета, и Шарав САРАНТУЯА -  заведующая кафедрой педагогики, факультета Образования Монгольского национального университета. Разговор касался самых разных тем:

Как бы вы оценили сегодняшнее состояние российско-монгольских отношений?

 

 

Шарав САРАНТУЯА: Уровень, надо честно признать, пока ниже среднего. Думаю, что нельзя сказать, что он плохой, но все-таки, ниже среднего. И по объему наших связей, и по их качеству.

 

Пурэв АЛИМАА: Хотелось бы, конечно, лучшего. Ведь достаточно посмотреть на образование, чтобы сделать выводы. Русский язык сейчас преподают в монгольских школах только с 7 по 9 класс при 12 классах образования и лишь 2 часа в неделю. Раньше русский язык изучали с 4 по 10 класс при десятилетнем школьном образовании. Все тогда учили русский, но после перестройки все изменилось  и у вас, и у нас. Даже преподаватели, которые преподавали в школах русский язык, перешли на преподавание английского. Итог очевиден: на русском теперь говорят немногие.

 

Шарав САРАНТУЯА: Очень мало часов выделяется сейчас на изучение русского языка, главное внимание уделяется английскому.

 

 

 

Нынешние выпускники, изучавшие русский язык, так сказать, по остаточному принципу, хорошо понимают русскую речь?

 

Пурэв АЛИМАА: Очень мало понимают. Если выпускник средней школы захочет поступать в вуз в России, то такого знания русского языка, которое у него есть после окончания школы, будет явно недостаточно. Он владеет лишь минимумом и лишен разговорной практики.

 

 

Но есть ведь учителя русского языка?

 

Пурэв АЛИМАА: Их очень мало сейчас в Монголии. Раньше преподавателей русского языка целенаправленно готовил педагогический институт.

 

Шарав САРАНТУЯА: Во всех средних школах раньше были преподаватели русского языка. Каждый ученик его изучал, поэтому была потребность в кадрах. Учителя были очень квалифицированные. В нашем Монгольском Национальном университете есть специальность «русский язык и страноведение», но желающих ее получить, должна сказать, немного, по причине, что в средних школах работы для выпускников сейчас практически нет.

 

 

Получилось, что место русского языка сейчас занял английский, так?

 

Пурэв АЛИМАА: Английский язык сейчас в Монголии преподается так, как раньше преподавался русский: с 4 класса и до окончания школы. Фактически, русский стал факультативным языком, а английский основным. В этом видно влияние политики.

 

Шарав САРАНТУЯА: У нас, можно сказать, идет вестернизация в различных сферах. При желании, однако, русский можно хорошо выучить, но лишь в том случае, если учишься в русской школе.

 

 

Есть такая точка зрения, что монголы должны перейти с кириллицы на латиницу. Как вы к этому относитесь?

 

Шарав САРАНТУЯА: Честно говоря, о таком варианте я не слышала. Есть мнение, что нужно переходить на старомонгольскую письменность. Но официальные документы и так печатаются и на старомонгольском, и на кириллице. О какой-то всеобщей замене речи не идет.

 

Пурэв АЛИМАА: Это продвигают политики из демократической коалиции. Политика влияет на многие вещи.

 

 

Скажите, китайское влияние в Монголии сегодня ощутимо?

 

Шарав САРАНТУЯА: Китайское влияние чувствуется во всем, в том числе, в образовании. Китайцы бесплатно присылают учебники, преподаватели китайского языка не получают зарплату из нашего бюджета. Они активно продвигают язык в частных школах, так как в государственных китайский язык не преподается. Китай сейчас действует иначе - нет внешнего давления, но есть внутреннее проникновение. В первую очередь, через бизнес. Очень развит и обмен студентами. Если к нам в страну едут, в основном, из Внутренней Монголии, то в Китай едут наши студенты из разных регионов.

 

Пурэв АЛИМАА: У монголов есть некое отторжение Китая, наверное, даже на генетическом уровне, памятуя о событиях нашей совместной истории. Китайцев очень интересуют недра Монголии, ее природные богатства. Они будут работать для постоянного увеличения своего влияния. Китайское правительство договорилось с нашим правительством, что китайские преподаватели в наших ВУЗах не дают нагрузку на бюджет: их деятельность финансирует сам Китай. Сколько преподавателей из Китая вы, к примеру, попросите на следующий учебный год, столько их и приедет к нам работать.

 

 

А что можно сказать о позиции США: насколько они развивают инструменты влияния на монгольское общество и монгольскую политику?

 

Пурэв АЛИМАА: Американское влияние в сегодняшней Монголии также велико. Отношения России и Монголии развиваются медленно, в каком-то сонном темпе. Хотя мы предвзято, как говорят, относимся к китайцам, но отношения с ними тоже развиваются быстро. Не случайно, что в образовательной сфере очень востребованы сегодня английский и китайский языки. И Китай, и США очень активно проводят свою политику.

 

Шарав САРАНТУЯА: И это касается не только Улан-Батора, но и всей нашей страны - подход везде одинаков.

 

 

Что бы вы могли сказать о нынешней молодежи Монголии, о студенчестве?

 

Пурэв АЛИМАА: Это поколение, конечно, отличается от предыдущих. Они постоянно находятся в огромном информационном поле, получают всевозможную информацию со всех сторон, которая их во многом и формирует. Но свободу они понимают совершенно иначе, чем старшее поколение.

 

Шарав САРАНТУЯА: Это поколение, кроме того, более прагматичное. У нас сейчас нет системы государственного распределения выпускников ВУЗов - каждый сам ищет себе работу. Наши выпускники, например, часто идут работать в международные отделы фирм, которые работают в Монголии, или же переводчиками. Здесь они видят быстрый способ сделать карьеру. А берут туда только тех, кто хорошо знает, как минимум, два языка.

 

 

Как по-вашему мнению развивается туризм? Есть ли здесь потенциал для развития?

 

Шарав САРАНТУЯА: Наша молодежь сейчас мало бывает в России, но надо обязательно заметить, что позитивную роль уже сыграл (и еще обязательно сыграет) безвизовой режим. Многие монголы стали путешествовать семьями. Как правило, они едут к озеру Байкал, в Улан-Удэ, в Иволгинский дацан, то есть, не очень далеко. Туризм, конечно, помогает активно развивать отношения России и Монголии в последнее время.

 

Пурэв АЛИМАА: Надо еще сказать о том, что очень развиты сегодня шопинг-туры. Монголы с этой целью активно посещают не только Китай, но и Японию, Корею, Тайвань, Гонконг, Сингапур. Это выгодно для многих семей.

 

 

Понятно, что нужно активизировать двусторонние отношения по многим направлениям, но, скажите, какие мероприятия, проводимые российской стороной, популярны в Монголии сегодня?

 

Пурэв АЛИМАА: У нас один раз в год проходит месячник российско-монгольской дружбы. В Улан-Баторе есть Российский центр науки и культуры, работает Россотрудничество. Оно и организует месячник, но все, к сожалению, проходит, скажем так, в узком кругу. А нужно обязательно выходить на более широкую аудиторию.

 

Шарав САРАНТУЯА: Я полностью поддерживаю это предложение: чем больше будет мероприятий, тем больше будет эффект. В Монголии сохраняется большой интерес ко всему, что связано с Россией, надо это использовать, применяя новые современные формы работы.

(c) Copyright 2012-2014 "МОНГОЛИЯ СЕЙЧАС"

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Монголия Сейчас» обязательна.    Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Монголия Сейчас» www.mongolnow.com