Волею случая, моим друзьям геологам из Восточной Сибири попал в руки комплект подробной геологической документации по разведке полезных ископаемых Монголии. Монгольский геолог Энкхболд Чулуунбаатар ( Еnkhbold Chuluunbaatar) пригласил группу российских геологов , среди которых посчастливилось оказаться и мне, сделать обзорную экспедицию на основе старых советских геологических карт. Некогда, во времена Советско-Монгольской дружбы, велись обширные геологоразведочные работы по всей территории этой богатейшей страны. Организатор поездки выбрал направление маршрута: от Улан-Батора до самых северо-западных окраин Монголии.

Многое могут рассказать топографические карты тем, кто понимает  их тайный язык -картографические знаки. Например, видит такой знаток  сгущение тонких ниточек горизонтальных линий  на топографическом изображении горной местности, следует читать – «Осторожно, крутой спуск».  Или  перед путешественником открывается безбрежная даль болота, возникает классический вопрос: что  делать? Вырубать слегу и, подобно партизану, проверяя каждый шаг зыбкой поверхности, медленно идти вперед, ежесекундно опасаясь «провала» в черную болотную воду? Может не рисковать, а протопать лишний десяток километров, изменив маршрут? Но если опытный путешественник  вглядится в подробную карту, то становится понятным проходимо болото или нет.

Для путешественника в походе нет ничего ценнее подробной топографической карты, а уж если землепроходец окажется геологом, то ему понадобится еще и геологическая карта, которая помогает  «заглянуть  внутрь земли». Если перед геологом окажется весь необходимый комплект  карт и геологических отчетов, то он легко сможет составить компетентное мнение относительно богатств подземных кладовых данного района. Как раз такие документы и оказались в полной мере в нашем распоряжении.

Май 2015 года

Пётр Реус

Коротко об авторе

 

Петр Реус живёт в Санкт-Петербурге,  работает в полевой геологии более тридцати лет. Последние двадцать лет занимается просветительской работой популяризируя знания о земле, поисковые геологические методы. Долгое время  проводит семинары и мастер-классы по вопросам шлихового опробования. Под псевдонимом "И. О. Отступник"  выпускал научно-практический альманах "Путеводитель старателя", является автором-составителем книг "Энциклопедия кладоискателя", "Путеводитель кладоискателя", автор сборника рассказов "Купиторские сказки" и целого ряда статей в различных популярных и специальных журналов. В 2014 году посетил Монголию по приглашению местных геологов.

В России грянула перестройка,  большая часть совместной советско-монгольской геологической информации не успела найти своего практического применения  и осталась на бумаге.  Нам оставалось только проехать несколько тысяч километров по монгольским дорогам и завизировать наличие месторождений и проявлений полезных ископаемых, лежащих близь курса нашего следования.

Я участвовал в  состав экспедиции в качестве специалиста по шлиховому опробованию.  Удачное использование этого надежного метода я описал в статье «Платиновый Клондайк монгольского озера Байонур».

Энкхболд организовал экспедицию на восточный манер: мощная военная  машина, несколько друзей и родственников и кочевой минимумом  бытовых удобств. Родственники по очереди обретали навыки вождения немецкой военной техники, отчего техника временами бунтовала (шутка ли, освоить управление коробки передач имеющей 11 скоростей )

 

Красота монгольской природы обратно пропорциональна качеству монгольских дорог. Чем живописнее мелькающий за окнами пейзаж, тем труднее удержаться на жестких армейских скамейках вездехода. Забегая вперед скажу, что немецкая техника не выжила в умелых руках потомков Чингисхана и сдохла. Путешествие пришлось продолжать в другой немецкой машине.

Первым удачным подходом к сокровищам старой карты оказалась находка занорыша дымчатого кварца. Старательский термин «занорыш» происходит от слова «нора». В прошлые геологические эпохи в толще горных пород гуляли перегретые перенасыщенные силикатами растворы под огромным давлением. Когда на их пути встречался пузырь газо-воздушной смеси, то  внутри образовавшейся полости начинали расти кристаллы. Применительно к данному случаю – кристаллы дымчатого кварца.

На карте были указаны разведочные горные выработки в виде канав и карьеров и указано, что встречаются гнезда («занорыши») кристаллов кварца. «Гнездо» и есть – гнездо. Нашел, выбрал  драгоценное содержимое  и топай  дальше в поисках нового «гнезда». Все вроде здесь и рядом, а с наскока взять не удается.   Прибыли мы на место, Энкхболд выпустил свою монгольскую команду в лабиринты старых канав, и начали все дружно искать кристаллы прозрачного кварца.

Погода стояла дождливой, что для этих мест не характерно. Реки начали вспухать, появилась угроза затопления брода.   Потратив много времени на бесплотные поиски, отправились в обратный путь. Колея, по которой мы ехали утром, уже превратилась в ручей. Возле брода, где течение воды в колее усилилось значительно, колеса немецкой чудо машины внезапно начали выбрасывать из-под воды кристаллы кварца. Занорыш оказался тем «слабым звеном», которое вода разрушила в первую очередь. Трудно ковырять кварц под водой на полуметровой глубине, да и нужды в том великой не было: современная техника позволяет засечь проявление драгоценного кварца с точностью до нескольких метров. Теперь на старую карту легли новые знаки, по которым уже через несколько дней после понижения уровня воды, можно приехать и выгрести этот занорыш.

И непогода, и застывшая за окнами машины панорама затуманенных гор располагает попутчиков к долгим разговорам. Слава Богу, половина наших монгольских друзей прекрасно изъясняется по-русски. Один за другим всплывают истории о таежных приключениях, ярких событиях, необычных находках.

Энкхболд вспоминает случай, приключившийся  с ним в детстве. Дело происходило как раз в тех местах, где мы ехали, разгоняя колесами большие и малые лужи. Однажды Энкхболд, вместе со своим дедом, охотились в этих местах. Дело происходило ранней весной. Только-только сошел снег, и как это обычно бывает в такое время года, микрорельеф местности  выявлял все неоднородности почвы.

Дед Энкхболда приметил в  небольшой  западине   кусок   шинельного  сукна. Энкхболд рассказал, что скоро им удалось раскопать давнее захоронение русских солдат времен гражданской войны  в России. Определить  удалось по шинелям  с солдатскими погонами  и  пуговицами с  царскими  орлами.  Прикопаны  были трёхлинейки  со  штыками,  на  поясе  солдатские  ножи.  Скорее  всего  солдат  убили  тоже  русские,  т.к.  монголы  никогда  бы  не  оставили  оружие,  которое  всегда  ценилось  в  Монголии.  Несмотря на срок, который останки пролежали в монгольской земле, одежда и амуниция погибших воинов почти не истлела, а металлические детали вооружения оказались  слабо повреждены  коррозией. Видно во времена коммунистического правления заявлять властям о находке неизвестных могил белогвардейцев представлялось делом хлопотным, поэтому дед Энкхболда решил снова засыпать останки воинов землей.  Дед знал, что  делает, ранее он  был сотрудником  спецслужб  Монголии  высокого  ранга.

Когда мы слушали рассказ о находке двадцатипятилетней   давности, оказалось, что ехать до места – сущий пустяк. Что же мы туда не поехали? Таки нет, поехали. Угрохали на бесплотные поиски прорву времени, блуждая по зарослям густой и, как правило, колючей растительности. Июль – нечета апрелю, без специальных приборов ни чего не определишь, разве что среди поисковиков окажется экстрасенс и укажет волшебным жезлом  на точное местоположение тайного захоронения.   Из-за этого приключения мы не успели до темноты вернуться в загородную юрту Энкхболда, было принято решение продолжить путешествие в сторону самой отдаленной точки нашей экспедиции  -  озеру Байонур, по пути обследуя месторождения полезных ископаемых, указанных на геологической карте.

 

После неудачных «археологических» поисков, разговор в кабине машины перекинулся еще на одну легендарную тему – месторождения легендарного камня «куриная кровь». Лично я об этом камне имел лишь общие сведения. «Куриная кровь» - или камень балинь, относится к горной породе в составе которой входит большое количество веществ. Это алунит, каолин, кварц, киноварь, и это только часть веществ и минералов, входящих в состав балина.     Камень имеет прожилки красного цвета, которые настолько яркие, что при полировке камня на его поверхности образуется узор, похожий на пятна крови. Название "балин" происходит от названия монгольского округа Баяин.    Еще одно название балина – Чангуа (Tsang-Hwa). Так его назвали в честь провинции в Китае, где его добывали со времен правления династии Мин.

Камень достаточно мягкий, поэтому из балина раньше вырезали статуэтки, печати. Популярно было вырезать из балина статуэтки Будды и буддийских монахов, из него же выполняли композиции, служившие иллюстрациями к мифам и сказаниям. Сырье считается полудрагоценным поделочным материалом. Меня убедили специалисты еще до поездки по Монголии, что давно уже запасы  настоящего балина в Монголии выработаны, и все , что сейчас гуляет по рынкам – в лучшем случае имитация балинна. Такого же мнения придерживался и монгольский геолог. Зато обладатель старой геологической картой , потрясал в воздухе документами  и с пеной у рта доказывал, что имеются еще несколько разведанных участков месторождений балина в Монголии. Спор  готов был привести к изменению маршрута следования экспедиции, да непогода подыграла благоразумию, и мы поехали по утвержленному ранее маршруту.

Посещенных нескольких  перспективных. точек на пути к Байонуру не принесли легкой добычи, несмотря на все наши усилия. Всему виной была постоянная спешка и, как я уже говорил, нехватка в нашей команде квалифицированных специалистов.

Из достопримечательностей, встреченных на пути к Байонуру, следует, конечно, отметить посещение развалин «Дедушкиного монастыря», как перевели нам название этого удивительного места. Среди песчаных барханов виднеется скалистый горный массив. Там, «в самом сердце гор», как сказал бы поэт, в небольшой котловине, окруженной зубчатыми каменными пиками, на  карте  отмечены развалены монастыря. Энкхболд рассказал, что здесь некогда, высоко над уровнем средне человеческих забот и помыслов, находился буддийский монастырь. Монастырь просуществовал до середины прошлого века. Во времена активной антирелигиозной пропаганды монахи были репрессированы,  а  монастырь  разрушен.

Эти же капли воды  творят еще одно чудо – в телах валунов выдалбливают углубления причудливой формы.  В России такие камни пользовались особым почитанием у  ревнителей старинных ритуалов и называются камнями–следовиками, которым приписываются многие чудесные свойства.

Под влиянием климата монгольского высокогорья монастырские строения  превратились в живописные руины, среди которых изломанные ветрами и снегами еще живы деревья, которые некогда украшались монахами в честь Будды. Самым любопытным для меня показались не развалины строений, а виды, открывавшиеся во время подъёма по извилистой горной тропе.

Рядом с карабкающимися вверх путниками постоянно бежит горный ручей. Чудо живой воды в нескольких километрах от песчаных барханов имеет физическое объяснения, ничуть не умаляющее волшебного воздействия свежей и прозрачной проточной воды. Объяснение происхождения  воды  в этих  горах такое: несмотря на низкую влажность засушливого воздуха пустыни, вода, приносимая постоянно дующими сильными ветрами, все-таки конденсируется на прохладных скалах. Важную роль в этом процессе играет строение горных пород  - гранитов, многочисленная трещиноватость которых имеет строго горизонтальную направленность. Водосборный пункт работает круглые сутки: холодной высокогорной ночью каменные конденсаторы усиленно охлаждаются, чтобы с рассвета принять очередную порцию воздушных масс, нещадно выжимая из воздуха те крохи влаги, которые сумели долететь до центральной Монголии.  Ветер никогда надолго не перестает дуть в горном ущелье, вода в ручье никогда не иссякает.

Подобных «следовиков» на тропе я насчитал пять штук. На фотографии хорошо видно,  как на ровной плоскости огромного валуна четко «отпечатался след». Очень походит на след человеческой ноги в застывшем гипсе, да вот «гипсу» этому миллионы лет. Трудно удержаться от соблазна, чтобы не примерить этакий каменный башмак на свою ногу.

Но в нашем продвижении  на запад пора оставить мистику и вернуться к геологии. По пути предстояло посетить участок про который рассказал местный геолог. В семидесятых годах прошлого века совместная советско-монгольская экспедиция нашла в этих краях проявление радиоактивных руд и редкоземельных элементов. На карте четко прорисованы геологические канавы, пересекающие вершину горного хребта.

Радиоактивное рудопроявление можно найти и при помощи дозиметра. Вот они эти канавы, и дозиметр показывает, что  на поверхности камней  десятикратное превышение нормы гамма-излучения. Любые горные выработки положено рекультивировать, засыпать канавы и шурфы, чтобы животные не ломали себе ног, а это «уютное» местечко неплохо было бы колючей проволокой в несколько рядов  огородить бы.

 

Через пару  дней пути посещаем еще одну геологическую достопримечательность из кладовых старой карты. Эту объект найти легко, гигантская кварцевая жила выходит на поверхность горного склона среди крупноблочных пегматитов. Сверкающий на солнце кварц среди вмещающих пород серого цвета виден издалека.

В описании месторождения сказано, что при проходке геологических канав были выявлены кристаллы бериллов размером до 20 см. Что это было: бесцветные кристаллы берилла или ядовито-зеленые изумруды – описания скромно умолчали. Упомянутых в отчёте сокровищ найти не посчастливилось. Всему виной вертикальное расположение кварцевой жилы на крутом склоне. Бурные вешние воды за десятилетия замыли следы разработок. Те же самые воды позволят впоследствии  определить минералогический состав полезных ископаемых, содержащихся в кварце и прилегающих пегматитах. Тем более, что на карте есть пометки о том, что некогда здесь был обнаружен целый набор редкоземельных минералов. Для взятия хорошей пробы очень важно в сухом русле ручья, лежащего под жилой, выбрать «уловистое» место, где создавались условия  максимального накопления минералов с повышенной плотностью. Промыть собранный материал можно и на «мокром» ручье, когда до него доберемся. Неприятно лишь тащить тяжеленный мешок собранной  породы до машины добрых три версты, зная, что 99,99% веса составляет пустая порода.

Далее, до самого Байонура судьба не одаривала нас приятными открытиями, зато автомобиль и личный состав в пути страдали нещадно. Счастье, что основные механические поломки техники случились уже на обратной дороге, в результате которых к Улан-Батору немецкая машина прибыла уже не своим ходом, а на монгольском аркане.

Мозг поисковика устроен так, что без работы ему (мозгу) оставаться никак не возможно. Раз машина сломалась, а добыча другого транспортного средства растянулась на несколько дней, отдыхай себе в удовольствие. Тем более, что Энкхболд предоставил нам в пользование  свою загородную юрту.

Вроде появилось времечко сладкого безделья, так и мечтай себе о горячих лепешках, жаренной колбасе и прочих радостях жизни, отсутствующих в полевых условиях. Нет же, поисковик начинает выдумывать и прожектировать такие планы, которые  в быстротекущей жизни, наполненной реальными событиями, и не приснятся. Припомнились мне на отдыхе свои прежние попытки случайного поиска метеоритов.

У так называемых «черных метеоритчиков» имеются научно обоснованные схемы для поиска небесных камней. Серьезно рассчитывать на случайную находку метеорита в чистом поле не следует. Хотя, я читал про опыт американского поисковика, который высчитал, что в поверхностном слое земли, на площади в одну квадратную милю, должно находиться не менее двух-трех видимых обломков метеоритов. Этот парень проводил у себя в штатах проверку теоретических выкладок и успешно подтвердил находками свои расчеты.

Мне всегда хотелось опираться на более заманчивые теории, чем сухая статистика.  Одним из «уловистых на метеориты» участков земной поверхности могут оказаться окрестности древнего метеоритного кратера. А как найти такое место? Нужно обратится к хорошей карте и внимательно изучить рельеф изображенной местности.

Недалеко от загородной юрты Энкхболд, протекает бурная горная река, напоминающая восточносибирские реки средней величины, а выше по течению я давно на карте приметил некое подобие так называемой кольцевой структуры.  Так геологи называют комплексы, образовавшиеся в результате падения крупного метеорита (одна версия),  или же следы прорыва из-под земли  мощных плутонических сил (другая точка зрения). Кто в споре прав – не мне решать, но, глядя на изображение загадочного природного комплекса,  мне верилось, что он образовался в результате падения небесного тела, обломки которого река  разложила  на перекатах.

Как было не припомнить удачный опыт ловли ферроплатины на «магнитную удочку»? Пришлось изрядно полазать по заваленным стволами деревьев берегам реки, пака не нашлось идеальной ловушки для тяжелых минералов: крутой поворот реки образует глубокую яму с мощным водоворотом. Закинул в первый раз – не клюют метеориты. Закинул во второй – только магнитит налипает на магнитную удочку черными гроздями.

 

Из нескольких десятков забросов собрали солидный мешочек магнитной фракции тяжелых минералов со дна потока и только один  единственный камень, напоминающий метеорит. Есть ли полезные ископаемые в магнитном песке, является ли окатанный кусок металла обломком железного метеорита, на эти вопросы должна дать ответы лаборатория, а наше повествование поспешит  к новым тайнам старой геологической карты, благо очередную технику подали к парадному крыльцу юрты.

Машина, прибывшая на замену «раненого немца», радовала внушительными размерами, наличием жилого блока и небольшого подъёмного крана. Кран в наших добычных планах занимал немаловажное место – мы направились  к очередной точке, помеченной на геологической карте, как  месторождение нефрита, выходящее на земную поверхность.

Наверное, дорого бы заплатили любители нефрита, китайцы, чтобы побывать на подобном месторождении. Удивительно, но глыбы нефрита, весом до полутоны, лежали прямо на земной поверхности. Рядом столетиями (может  тысячелетиями) паслись стада домашних животных, пастухи многократно сиживали на драгоценных глыбах, не догадываясь о ценности этих камней..

Дело в том, что за тысячи лет знакомства нефритовых глыб с солнечным светом и местными погодными условиями, полупросвечивающая голубовато-зеленая поверхность благородного камня, подверглась выветриванию, словно поседела от земных напастей и невзгод. Вот и пролежали камни непризнанными королями гор до времени встречи с геологами. Так они и попали на пестрые поля геологической карты.

Несмотря на точные указания месторождения, его обнаружение  среди хаоса пологих горных склонов, оказалось делом нелегким. Во времена геологической съемки еще не существовало электронного навигационного оборудования. Поиски затянулись. На место мы прибыли глубокой ночью. Месторождение выдало себя все той же белёсой выветрелой поверхностью глыб, которая прятала нефрит  от случайных глаз.

Ночью глыбы не производили никакого впечатления, зато, когда утром мы начали выковыривать камни из земли, то на  нижней поверхности глыб можно было разглядеть и глубокий цвет, и текстуру редкого сорта нефрита.

 

Впоследствии я видел такую глыбу,  обработанную китайскими шлифовальными машинками. Зрелище, чарующее глаз. Вряд ли любительская фотография, представленная в статье, может передать все благородное очарование нефрита. Сейчас блистательная глыба, наверное, украшает вход  в контору какого-нибудь китайского миллиардера.

 

Не могу удержаться, от небольшое замечания относительно кустарных способов добычи камнесамоцветного материала. Правительство Монголии  весьма последовательно заботится о сохранении уникальной природы своей страны и чрезвычайно неохотно выдает лицензии на разработку полезных ископаемых, сопряженную со значительным воздействием  на природную среду. Что ж, немного пропутешествовав по Монголии, трудно отрицать полезность для природы такой точки зрения.

Так вот проанализировав нашу  добычную операцию, я готов потребовать для нее почетного звания «Разработки повышенной экологической чистоты». Посудите сами, без захода тяжелой техники, при помощи одних только рычагов, лопат и ломов, мы смогли извлечь из земли более четырех тонн драгоценного нефрита. После добычи камня были аккуратно засыпаны все лунки от «удалённых» из породы глыб. Взрыхленные участки почвы тщательно закатаны колесами машины. Неделя – другая, и  стада домашнего скота своими копытцами окончательно  уничтожат воспоминания о нашей кустарной добыче. Одна лишь карта, старая геологическая карта с новыми пометками будет все помнить. Артельная добыча камня вполне может вписаться в концепцию рационального использования природных ресурсов.

 

Поездка на нефритовые поля завершала мое монгольское турне. Не удалось посетить десятки месторождений, указанных на геологической карте. В прошлом году еще действовал визовый режим между нашими странами. Сейчас визы отменили, но монгольские законы о недропользовании никто не отменял, поэтому, прежде чем строить планы на добычу полезных ископаемых в этой стране, ознакомьтесь с законодательной базой и обязательно обзаведитесь надежными (повторяю – надежными) партнерами с монгольской стороны.  Если у кого-то возникнут вопросы  по деталям краткого описания моего турне по Монголии со старой геологической картой, то милости просим за подробностями по адресу электронной почты:

 

Petreus@ yandex.ru

(c) Copyright 2012-2014 "МОНГОЛИЯ СЕЙЧАС"

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Монголия Сейчас» обязательна.    Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Монголия Сейчас» www.mongolnow.com