ИСТОРИЯ

Р.Болд, доктор исторических наук

Исследователи до сих пор используют разные, отличающиеся друг от друга цифры и факты относительно личного состава участников Халхин-гольских сражений и потерь сторон, что диктует необходимость привести к единому знаменателю “множество исторических вопросов войны на Халхин-голе, ее итогов последствий, ущерба сторон. Учёные Д.Гомбосурэн и С.Ганболд обстоятельно изучили тему личного состава и потерь монгольской народно-революционной армии и представили основную картину тех событий. После появления относительной открытости соответствующих архивов в РФ вопросы личного состава и потерь советских войск становятся более определенными. Однако и советские, и российские историки говоря о цифрах и фактах, касающихся личного состава и потерь японских военных привыкли ссылаться и использовать лишь свои источники. Из-за того, что в этом вопросе имеется приверженность позиции одной стороны, данные некоторых российских источников сильно отличаются от японских. К тому же практически не затрагивались вопросы личного состава и потерь участвовавших в Халхин-гольских сражениях войск Манчжу-Го.

 Для документального выяснения исторической правды этой войны или сражения очень важно, как отмечала исследователь Ч.Оюунчимэг, использование статистического метода, который она интересно применила при изучении Халхин-гольских событий.

 Она отмечала, что источники сторон относительно соотношения сил и боевых потерь крайне противоречивы и очень мало возможностей их уточнить и расширить. Поэтому в настоящей статье мы ставим задачу получить некоторые представления в сравнительном анализе документов, указанных в источниках и исследованиях относительно личного состава и потерь советских и японских войск, участвовавших в Халхин-гольских сражниях.

 Сражения мая месяца

 

 Советский исследователь С.Н.Шишкин в опубликованной в 1954 году книге “Халхин гол” привел расчёты соотношения сил на май 1939 года: у советско-монгольских пехот было 668 солдат, кавалерии – 260 всадников, у японско-манчжурских сил – пехота 1676 солдат, кавалерия – 900 всадников. Таким образом, у японо-манчжурской стороны преобладание в пехоте составило в 2,5 раза, в коннице в 3,5 раза, а по ТЭИБ – почти в раза.

 Шишкин в этих сравнительных  расчётах опирался на советские источники и, очевидно, не имел возможности  использовать источники монгольские. Участник сражения 28 мая 1939 года майор Быков давая свидетельские показания на международном военном суде в Токио сообщил, что в его отряде было 1200 человек и 6 конных дивизий с 260 человек, на основании чего Шишкин  это число записал как личный состав 6 конных дивизий. Однако 260 человек – это личный состав одного полка в конных дивизий. Шишкин рассчитывал личный состав отряда Быкова в основном имел в виду подчиненный ему артиллерийско-пулеметный батальон, но не принял во внимание приданные ему артиллерийский батальон, саперный взвод и бронетанковый взвод. А вот Д.Гомбосурэн эти три подразделения определил как 372 человека личного состава. Российские и японские исследователи при определении советских сил и средств, участвовавших в майском сражении как правило приводят данные из книг Шишкина.

 Советская Академия наук к 15-ой годовщине победы с 1960 года издало 6 томов “Истории Великой Отечественной войны Советского Союза”. В этом исследовании впервые широко освещена история Ханхин-гольских сражений, а данные о японских силах в майском сражении совпадают с материалами Шишкина. С 1974 года начали выходить под общей редакцией Министра обороны, маршала Гречко 12 томов “Истории второй мировой  войны”, подготовленные советскими историками, и во 2-ом ттоме был материал о Халхин-гольских сражениях под заголовком “Вооруженная защита государственных интересов СССР”. В этом же томе рассказывается после майских о сражении под Баянцагааном.

 Жуков опираясь на показания пленных японцев и баргинцев считает, что отряд сделал вывод,  что отряд под командованием полковника Ямагата, начавший майское наступление насчитывал 1500-2000 человек. По японским источникам группировка Ямагата  составила 64 ях – 1058 человек, разведотряд Азума – 220 человек, транспортная часть 340 человек, другие подразделения – 464 человек, всего – 2082 человек.

 Таким образом, советские оценки в целом близки и реальны. Войска Манчжоу-Го, 8-ой баргинский конный полк насчитывал 250, 7-ой конный полк – 250, 1-ый баргинский конный полк 600, то есть всего 1100 человек. Если добавить прибывших 30 мая из г.Хайлара японскую подмогу – два взвода и две артеллирийские батареи, тто это дополнительно 336 человек.  Таким образом, с японо-манчжурской стороны не считая авиации на 28-30 мая насчитывалось 3,5 тысячи человек.

 По утвержденному штатному расписанию личный состав 6-ой конной дивизии составлял 1756 человек, 17 конной дивизии – 518, 15-й конной дивизии – 551 человек, причём половина были дополнительно мобилизованы.

 Поскольку силы поддержки и обеспечения испытывали проблемы с дополнительной мобилизацией 6-ой конной дивизии в майском сражении участвовал с личным составом численностью около тысячи. Доктор Д.Гомбосурэн писал, что личный состав 6-го конной дивизии составлял 1257 человек.

 Японцы ранним майским утром начали наступление, но уже назавтра монголо-советские силы обладали преимуществом. Утром 28 мая личный состав сторон был примерно равен, а днем 28 мая подоспел 149 МБХ, что сразу же дало весомое преимущество монголо-советской стороне.

 Шишкин писал, что 28-29 мая японская сторона понесла потери более 400 человек, а в книге “История Великой Отечественной войны” также говорится, что японцы потеряли убытыми в течение 2-х дней 400 сод\лдат и офицеров.

 Жуков докладывал Шапошникову 1 июня, что потери японцев и баргинцев составили 300-400 человек. А вот Чернышев сообщал Мехлису в тот же день, что враг понес потери не менее 500 человек, а из 25 пленных 13 расстреляли бойцы монгольской народно-революционной армии. Жуков докладывал Шапошникову 4 июня о потерях баргинских частей до 250 убитыми, а в целом 28-29 мая было убито и ранено 511 врагов.

 Б.Шапошников 14 июня докладывал советскому Верховному главнокомандованию результаты майской операции и сообщил, что во время боев погибли 111 советских бойцов, ранены – 176, пропали без вести 18, всего 305 человек, у монгольских частей погибли в 6-ом конном дивизии – 47, ранены 66, без вести пропали 6, всего 119 человек, то есть общие советско-монгольские потери составляли 424 человек.

 По японским источникам выходит, что группировка Ямагата за 28-29 мая имела потери в 64 ях – 118, в отряде Азума, в транспортной части – 24, в других подразделениях 9, всего 290 человек, в том числе убитыми 159, раненными – 119, пропавшими без вести 112. Потери войск Манчжу-Го неясны, но судя по вышеприведенной оценке Жукова таковых было до 250 человек, то есть общие потери японских и манчжурских войск 500-540 человек.

 После всего этого 26 июня 1939г.ТАСС наряду с опровержением заявлений ряда иностранных газет и японской печати, которые начиная с 115 мая утверждали, что “авиации и пехоте Монголии был нанесен значительный ущерб” впервые сообщило, что 28-29 мая японо-манчжурская армия потеряла более 400 человек, в то время как среди личного состава Монгольской народно-революционной армии 70 раненных и 40 погибших. Из вышеуказанного видно, что в сражениях 28-29 мая у советско-монгольских войск потери были куда меньше, нежели у японо-манчжурских сил.

 

Сражения июля 1939 года

 

 С.Шишкин определяя соотношения сил на 2 июня 1939года сообщает, что у советско-монгольской стороны было 11000 пехота, 1000 кавалеристов, 86 орудий калибра 76 мм и выше, ТЭИБ – 23, 186 танков, 266 бронемашин: у японцев было 20000 пехоты, 4700 кавалеристов, 170 единиц артиллерии, 98 ТЭИБ, 130 танков, 250 самолетов, то есть по артилерии преобладание было в 2 раза, по коннице и ТЭИБ – в 4 раза. Но Шишкин отметил, чтто японцы в боевой операции использовали лишь 80 танков.

 Советский историк Г.Н.Севостьянов в опубликованной в 1957г. статье писал, что по состоянию на 1 июля у японской стороны из 37999 личного состава пехота и кавалеристы вместе насчитывали  21998 человек, было 186 артеллирийских установок, 124 ТЭИБ, 135 танков, 10 бронемашин, 225 самолетов, у  советско-монгольских войск было 12541 личного состава, 86 единиц артиллерии, 23 ТЭИБ, 186 танков и 266 броневиков.

 В первом томе “Истории Великой Отечественной войны” говорится, что перед сражением у Баянцагаана у японцев было 38 тысяч бойцов,  310 артиллерийских орудий, 145 танков и бронемашин, 225 самолетов, у советско-монгольской стороны 12500 человек, 109 артиллерийских орудий, 186 танков, 266 бронемашин, 82 самолета. Шишкин и Севастьянов не указали количество советских самолетов перед сражением в Баянцагаане, но цифра в вышеуказанном ттоме /82/ соответствует наличию в мае месяце воздушных сил 57 ОК.

 Японские силы и средства, сосредоточенные перед сражением у Баянцагаана одинаковы указаны во втором томе “Истории второй мировой войны” /1974г/ и первом ттоме “Истории Великой Отечественной войны”. При наступлении у Баянцагаана у японской стороны было 13 батальонов пехоты, 112 ТЭИБ, 5 инженерных рот, 400 автомашин, 70 танков и 180 самолетов.

 Жуков в своих мемуарах писал, что у Баянцагаана враг сосредоточил 10 тысяч пехоты, 100 артиллерийских орудий, до 60 ТЭИБ. У советской стороны было около 1000 пехотинцев.

 Группировка генерала Кобаяаши, перешедшая вброд реку Халхин-гол состояла из трех полков пехоты /9 батальонов/, полка артиллерии, - всего около 8 тысяч человек, что в целом совпадает с оценками Жукова. На восточном берегу реки Халхин-гол находилась группировка генерала Ясуока и танковой группы /1600 чел/ 64 полков пехоты /не доставало одного батальона/, 7 дивизий пехоты  с 28-мью полками и 1 батальоном, 1-ой батереей 13-го артиллерийского полка, инженерный полк, - всего 7 тысяч человек. Это показывает, что оценка Шишкина /20 тыс/близка к данным расчётам.

 

Сражения в августе  месяце

 

 Шишкин сравнивая личный состав сторон перед сражением 20 августа не использовал количественные показатели. Он лишь отметил, что у советско-монгольских войск было 35 батальонов пехоты, 20 кавалерийских эскадронов, артиллерии разного калибра 502 единицы, танков 498, бронемашин 346, самолетов 581 /истребителей 346, бомбардировщиков 181, тяжелых бомбардировщиков 23/, у японской стороны было 25 батальонов пехоты, 17 кавалерийских эскадронов, 277 артиллерийских орудий, 120 танков, 450 самолетов /истребителей 252, бомбардировщиков 144, тяжелых бомбардировщиков 54/. Шишкин делает вывод, что советско-монгольская сторона имеет преимущество по всем показателям, а по пехоте – в 1,5 раза.

 В первом томе “Истории Великой Отечественной войны” говорится, что японская сторона готовясь к новому наступлению сосредоточила группировку из 75 тысяч человек, 500 артиллерийских орудий, 182 танков, 300-350 самолетов. Японцы планировали начать наступление 24 августа, но советскаяы сторона сумела подтянуть подкрепление, что обеспечило преобладание в пехоте в 1,5 раза. Помимо этого, советская сторона добилась перевеса в артиллерии в 2 раза, по количеству пулеметов – в 1,7 раза, по танкам – в 4 раза, по самолетам в 1,6 раза, - всего было задействовано 515 самолетов.

 Из вышеприведенных данных видно,что советские историки хотя и пишут о 75 тысячной группировке японцев, говорить о полуторократном преобладании над японцами некорректна. В исследовании “Истории второй мировой войны” приводятся данные о японских силах сходные с материалами “Истории Великой Отечественной войны”.

 Силы советско-монгольской стороны составляли 57 тыс.человек, 498 танков, 385 бронемашин, 542 артиллерийских орудий и минометов, 515 самолетов. До этого советских военный историк М.В.Новиков в опубликованной в 1971 году брошюре соотношение сил определил как 57 тыс.советских  солдат и офицеров, 634 артиллерийских орудий и минометов, 498 танков, 385 бронемашин, 515 самолетов, а японскую группировку в 55 тысяч личного состава, 300 артиллерийских орудий, 135 танков и 350 самолетов. Военный историк Вартанов также называл цифру в 55 тысяч 6-ой армии.

 По состтоянию перед 20 августа 1939 года советские сухопутные силы с учётом сопутствующих частей и подразделений насчитывали более 52 тысяч человек. На вооружении находились 58 минометов, 162 76-ти мм артиллерийских орудий, 130 единиц 76-152 мм и 180 единиц 45 мм ТЭИХ, 87 зениток 76 мм, 438 танков и 385 бронемашин.

 Судя по японским источникам в мае-сентябре 1939 года Квантунская армия направила в район Халхин-гольских сражений около 75700 человек, и это не только силы, сосредоточенные к наступлению 24 августа. К примеру, в этот период в 23-ей пехотной дивизии было 14 тысяч, в 7-ой пехотной дивизии – 10 тысяч, в особой пограничной части – около 5 тысяч, в Хайларском гарнизоне – 3 тысячи, в 1, 2, 4 пехотных дивизиях всего 25 тысяч, в авиации 3  тысячи, в двух полках тяжелой артиллерии 2,5 тысячи, в танковом соединении – 1600 человек, в частях противовоздушной обороны – 3,5 тысячи, - все они каким-либо образом участвовали в Халхин-гольских сражениях или во вспомогательных операциях. Из этого видно, что пехотные дивизии №1, №2, №4 в начале сентября прибыли в район Халхин-гола, танковое соединение участвовало в сражении под Баянцагааном и 26 июля вернулось на исходные позиции вглубь Маньчжурии, авиация и части противовоздушной обороны располагались по ту сторону границы и в Хайларе, Хайларский гарнизон и личный состав особой пограничной части, которые с середины июля направлялись для восполнения сил в 23-ю пехотную дивизию, а из 7-ой пехотной дивизии в боях принимали участие лишь половина личного состава, 23-я пехотная дивизия после 2 июля потерпела существенный урон, что в целом говорит о том, что на утро 20 августа японская группировка не могла насчитывать 75 тыс.человек. Вряд ли соответствовало действительности то, что по состоянию перед 20 августа у советско-монгольских частей было 57 тыс.человек, которые начали наступление против японо-маньчжурских 55 или 75 тысяч. Если исходить из того, что у советской стороны было преимущество в пехоте в 1,5 раза, японцы имели силы из приданных дивизий.

 

Относительно боевых потерь

 

 Советские потери. Комкор Г.К.Жуков, член военного совета Никишев, начальник штаба Гастилович 15 ноября 1939 года доложили начальнику Генерального штаба Красной Армии Шапошникову о результатах Халхин-гольской операции. В докладе в разделе “августовская операция” в конце было указано, что в ходе операции боевые потери советских войск составили цбитыми 1570, ранеными 7583, пропавшими без вести 131, всего – 9284 человек.

 Начальник штаба 1-ой армейской группы Богданов сообщал Ворошилову и Шапошникову, что только за 20 августа северная и центральная группировки понесли потери в 670 человек, из них 102 – убитыми, а по южной группировке делались уточнения. Богданов в депеше, отправленной 22 августа сообщал, что по состоянию на 21 августа потери составили 1009 человек из них убитыми 149, ранеными 859, пропавшими без вести – 17, но в эти данные не вошли сведения о потерях в 9 МХБР. Жуков и Никишев сообщали в Москву, что 20, 21, 22 августа советская сторона понесла потери 546 убитыми, 3637 ранеными и 28 – без вести пропавшими. Эти данные говорят о том, что в первые дни наступления 1-ая армейская группировка ежедневно в среднем теряла более 1300 человек и можно предположить что за десять дней наступления каждый день выбывало из строя по тысячи человек.

 Во время японского наступления 24-26 августа шли ожесточенные бои, сражения продолжались до 28 августа, а 30 августа наступило затишье, поэтому в вышеуказанном докладе руководство 1-ой армейской группировки сообщало о потерях лишь наступательной операции августа.

 Советская  сторона о потерях в сражениях на Халхин-голе сообщала после Второй мировой войны. Следующее: во время состоявшегося в 1946г.в Токио международного военного трибунала по Дальнему Востоку приводилась цифра в 9-9,5 тысяч погибших в период Халхин-гольских сражений.

 Шишкин приводит факты из доклада Жукова от 15 ноября 1939 года о том, что советско-монгольские потери в ходе Халхин-гольской операции составили 9284 человек.

 В первом томе “Истории Великой Отечественной войны” говорится, что советско-монгольские потери убитыми и раненными составили 9824 человека. Таким образом, советская сторона говоря о всех потерях во время Халхин-гольских сражений оперировала данными лишь периода наступательной операции августа месяц.

 Однако во втором томе “Истории второй мировой войны” указывается цифра советско-монгольских потерь убитыми и раненными в 18,5 тысяч человек. Особо отмечалась, что 76% раненых вернулись в строй.

 Первый отдел Генерального штаба Красной Армии /РККА/ 25 августа выдал два варианта справки о советских потерях на Халхин-голе в период с 19 мая по 23 августа 1939 года. По сообщению 1-ой армейской группировки убиты и ранены были 10014 человек, а по данным Забайкальского военного командования – Штерна убитых и раненых было 11941 человек. Еще в одном справочном материале, подготовленном после окончания сражений советские боевые потери составляли 2413 убитыми, 10020 ранеыми, вернувшимися из японского плена – 88, переданных японцами трупов – 308.

 После открытия российских архивов исследования говрят о том, что во время Халхин-гольских сражений безвозвратные потери составили 9703 /убитые 6472, умершие от ран – 1152, пропавшие без вести 2028/, санитарные потери 15952 /раненные 15251, больные 701/, - общие потери составили 25655 человек.

 В докладе Жукова указывались потери августовской операции в 9284 человека и если не считать более подробные данные о майских сражениях, то надо исходить из того, что советская сторона со 2 июля до начала августовского наступления потеряла 16 тысяч человек.

 Из 4860 личного состава Монгольской Народно-революционной армии участвовавших в Халхин-гольских сражениях по исследованиям середины 1990 годов были убиты, ранены и пропали без вести 895 человек, а вместе с пограничниками – 990 человек.

 

Потери японо-маньчжурских войск

 

 5-ое отделение 1-го отдела Генерального штаба РККА 25 августа 1939г. провело расчёт военных потерь Японии и Маньчжурии с мая до 23 августа в Халхин-гольских сражениях. По неполным данным военные потери японцев составили 3254 человек убитыми и 6400 – ранеными. Потери маньчжурских войск за этот период также по неполным данным составили около тысячи убитыми.

 Генеральный штаб РККА сделал подочёт потерь японской стороны в период с 15 мая по 15 сентября. В печать были данные об 3300 убитых, к тому же потери в окружении составили не менее 15 тысяч, т.е. всего 18300, раненых, - по данным в печати – 3500, захваченных в плен – 556 /на самом деле было передано 6281 трупов. Японское командование 3 октября признало, что всего убитыми, ранеными и больными потери составили 18000 человек. Советская сторона давала цифру в 29085 человек потерь японцев на момент завершения боевых действий.

 Однако командование 1-ой армейской группировки сделало расчёты, что с 1 июля японские потери составили убитыми 18868, ранеными – 25900, всего 44768 человек. Однако не проводились подсчёты потерь до 1 июля, 20% или 5180 японских раненых остались в Хайларе /перевезенные по железной дороге не подсчитывались Р.Б./, на территории МНР было 3-4 тыс.не переданных японцам трупов, из всего этого можно заключить, что в июле-августе японские потери составили 52-55 тысяч, из них 23-25 тысяч убитыми.

 Судя по этому докладу если не считать переданные японской стороне 6281 труп, все остальные расчёты потерь определялись по приблизительным агентурным данным о том, какое количество гробов могло быть перевезено отправившимися из Хайлара поездами, что не является статистикой, опирающейся на факты. К примеру, на 15 июля считалось, что с японской стороны погибло 1014 человек, а раненых было 1200, в то же время из  Хайлара отправилось 4 санитарных поезда с ранеными. 24 июля отправился один санитарный поезд с 300 ранеными. С 25 по 31 июля убитых было 900, раненых 1400, 24-29 августа – убитых 10 тысяч, раненых 20 тысяч.  22 июля в Хайларе было 500 гробов, что определяет расчёт убитых. Поэтому приведенные в докладе Жукова цифры потерь японцев в 52-55 тысяч были взяты с потолка и требовали перерасчёта, о чём армейское руководствьо отмечало в докладе. Окружение и разгром японской 23-й пехотной дивизии советская сторона считала уничтожением всего личного состава дивизии и “десяти тысяч человек”.

 Шишкин в своей книге говоря о японских потерях приводит данные из доклада Жукова и пишет, что в июле и августе японцы потеряли убитыми 18868, ранеными 25900, всего за май-сентябрь общие потери 52-55 тысяч, из них 25 тыс.убитыми.

 Исследователь Г.Н.Севастьянов пишет, что за время наступления советско-монгольских войск только за 20-30 августа японская сторона потеряла убитыми и ранеными 33 тысячи человек, было сбито 241 самолет и уничтожены 177 артиллерийские установки.

 В первом томе “Истории Великой Отечественной войны” японские потери приводятся схожими с данными Шишкина. Во втором томе “Истории Второй мировой войны” даются данные о 61 тысяче погибших, раненых и плененных японцах, говрится, что за три дня сражений у Баянцагаана японская сторона потеряла 10 тысяч человек, а за 4 дня после 8 июля – 5,5 тысяч. Группировка генерала Кобаяши, перешедшая вброд реку Халхин-гол за два дня боев после этого потеряла 800 бойцев из 8 тысяч.

 Представитель Военного Министерства Японии делая 3 октября 1939 года сообщение на совещание губернаторов страны говорил о “18 тысяч убитых, раненых и больных в сражениях у Номонхана о  том, что бои были катастрофическими.” В японской газете “Асахи” это сообщение было опубликовано полностью, а в редлакционной статье наряду с благодарностью за предоставления открытой и достоверной информации был задан вопрос “почему 4 месяца японские солдаты голыми руками воевали с механизированными советскими силами?” Японская общественность была крайне подавлена такими фактами, особенно с учётом более спокойной картины войны с Китаем. Газета “Нью Йорк таймс” сообщала: “Токио признал поражение под Номонханом. Военный министр Хата совершая в конце 1939 года поездку по Маньчжурии подтвердил ранее приводившиеся данные о потерях, конкретизируя, что 8 тысяч погибли, 8800 – ранены, 1200 – заболели. В то время 1700 раненых уже вернулись в строй, а около 6 тысяч продолжали лечение в 50 местных госпиталях. Вызывает удивление, что Военное министерство так открыто объявило о потерях. Возможно, это было связано с тем, что созданное 30 августа 1939 года новое правительство во главе с генералом Абе критически относилась к политике предыдущего правительства, отправило в отставку 4 сентября командующего Квантунской армией Уеда и показало демонстрацией потерь неуспех в Халхин-гольских сражениях.

 По данным бюро больницы 6А за 4 месяца сражений, в которых принимало участие 59 тысяч человек, 7696 погибли, 8647 – были ранены, 1021 пропали без вести, заболели 2350, всего 19714 потерь личного состава. Однако по сведениям штаба Квантунской армии в боевых действиях участвовало 75738, погибло 8629, ранено 9087, то есть потери составили 17716 человек. Армия Маньчжоу-Го потеряла в Халхин-гольских сражениях 2895 человек.

 

 

Информационная война

 

 С начала мая 1939 года Информационный центр Квантунской армии, СМИ Маньчжоу-Го начали передавать сообщения, что монгольские войска нарушают границу Маньчжоу-Го, провоцируют “Конфликты”. Начали печататься ноты протеста Правительства Маньчжурии Правительству МНР.

 Неудачное участие советской военной авиации в мае 1939 года в воздушных боях стало предлогом для Квантунской армии сообщать, что советско-монгольским частям нанесен значительный ущерб, - и эти сообщения оказались в центре внимания пресс разных стран мира. Не только Квантунская армия, но и ТАСС на первых порах сообщал об этих событиях, как о военном конфликте между МНР и Маньчжоу-Го. Больше всего пострадали от этой “информационной войны” военно-воздушные силы сторон.

 Газета “Нью-Йорк таймс” 24 мая 1939 года передала из Харбина, что Внешняя Монголия и Маньчжоу-Го сосредоточили на границе значительные силы, что конница Внешней Монголии попыталась вторгнуться на японские позиции в Маньчжурии. 24-го вечером якобы 7 самолетов МНР нарушили воздушную границу Маньчжурии, вышедший им навстречу один маньчжурский самолет сбил 2 монгольских самолета, а остальных обратил в бегство. Но на следующий день 5 самолетов Внешней Монголии нарушили границу Маньчжурии и за три минуты сбили 2 самолета.

 Во время третьей воздушной атаки монголов было сбито еще 3 самолета. В японской прессе, тем не менее этому конфликту между Монголией и Маньчжурии особого внимания не придавалось, видимо, считали, что он не распространится до участия правительств СССР и Японии. Корреспондент газеты “Иомури” в Харбине писал, что советских тревожит лишь контрреволюционное движение во Внешней Монголии.

 Штаб Квантунской армии сообщал: “150 самолетов Внешней Монголии вели воздушный бой с 18-ю японскими  самолетами. Было сбито 49 монгольских и 4 японских самолета. Это говорит о непрофессиональности монгольских летчиков и отсталость советской техники”. Начиная с 22 июня было сбито 62 советских и монгольских самолета, вражеские самолеты 17  и 24 июня 6 раз нарушили маньчжурскую границу и в этих операциях явно участвовали советские летчики”, 19 июня Правительство Маньчжу-Го выразило протест Советскому Союзу. “Советско-монгольская сторона совершили нападение, чтобы взять реванш за поражение 29 мая”. Японские самолеты вели бой с 200 монгольскими самолетами и за 40 минут сбили 98, а сами потеряли 3 самолета. Японские самолеты атаковали монгольскую военно-воздушную базу в Тамсаге и уничтожили 30 самолетов. За это время было уничтожено 250 самолетов, из них 104 в Тамсаге. Эти и другие сведения активно распространялись в печати, сообщались, что к 8 августа с учётом сбитых 7 августа 47 самолетов общие советско-монгольские авиапотери достигли 862 самолета и приближаются к тысяче.

 В американской печати говорилось, что “воющие стороны передают противоречащие друг другу данные о сбитых самолетах. Монгольская сторона через Москву рапортует о победе, но по сравнению с японскими реляциями всё выглядит скромнее. Один американский специалист заявил, что и под Нью-Йорком редко когда собирается 200 самолетов, что говорить о Тамсаге?”

 

 Даже Президент США Ф.Рузвельт встречаясь 30 июня 1939г. с советским посланником А.Уманским заявил, что не верит японской пропаганде о серьезных потерях советёких войск в ходе Халхингольских сражений. ТАСС 6 июля сообщало, что “руководитель бюро печати Квантунской армии Кавахара опубликовал пустопорожние хвалебные материалы о якобы успехах японских военно-воздушных сил, за что был снят с должности, а на его место назначен полковник Вато”. В 8 сообщениях ТАСС начиная с 26 июня по 1 сентября относительно боев на Халхин-голе сообщается о 589 сбитых японских и маньчжурских самолетах, и о 102 советских и монгольских.

 Японское агентство “Домей Цусин” сообщала, что в сражениях на границе Маньчжурии и Внешней Монголии 1340 советских самолета были уничтожены в воздухе и 30 – на земле, японская же сторона потеряла 138 самолетов. В ответ ТАСС сообщило, что 10 июля 1940 года, что японцы и маньчжурских самолетов было сбито 660, а советских и монгольских 143.

 1-ая армейская группировка сообщала о 207 сбитых боевых и 43 небоевых самолетах, о 646 сбитых японских, - сведения были получены и сведены по донесениям личного летного состава. По действовавшему в Красной Армиии порядку сообщения о сбитом вражеском самолете регистрировались на основании личного устного заявления летчика, каких-либо дополнительных подтверждений не требовалось. Лишь с началом 2-ой мировой войны стали использовать сообщения наземных наблюдателей, специально назначенных групп, уточняли номера сбитого самолета, доставляли части самолета с заводским номером и таким образом документировали ущерб, нанесенный врагу.

 В первом томе “Истории Великой Отечественной войны” впервые были указаны реальные потери в 207 самолеов.

 Исследователи из Японии, России и других стран в последнее время специально изучают события на Халхин-голе и воздушные сражения тех времен, что позволяет уточнить ущерб сторон. Исследователи воспринимают уничтожение 646 японских самолетов как завышенную в 4 раза, а уничтожение 11260 советских самолетов, как завышение в 6 раз, не соответствующими действительности, “нельзя уничтожить самолетов больше, чем их было на самом деле”.

 Исследователь Э.Сэкигава на основании изучения архивных материалов и бесед с японскими летчиками-участниками боев сделал расчёты из которых следует японские воздушные потери  составили 88 самолетов сбитыми, 74 получили повреждения в бою /всего 162/, получили повреждения, но были восстановлены 220, всего 382.  Японские летчики  признали, что по вине пропаганды  советские потери были завышены, но в любом случае советская сторона потеряла около 400 самолетов. Российские исследователи данных Секигавы не опровергают, но подчеркивают необходимость более детальных уточнений. Советская сторона лишь в первые 10 дней августа получила весомое преимущество в воздухе, советские летчики признавали и мастерство японцев, и их высокий моральный дух. Поэтому японцы в воздухе брали не числом, а умением. Поэтому потери японцев в 660 самолетов скорее всего не соответствуют действительности.

 

Выводы

 

 То, что советская сторона скрывала свои потери на Халхин-голе связано с закрытым социальноеполитическим устройством страны, когда под предлогом военной тайны скрывались потери в войнах и вооруженных конфликтах. Руководство 1-ой армейской группы в докладе об итогах Халхин-гольской военной операции полностью не дало отчёт о потерях, приводя данные лишь по августовскому наступлению, рассредотачивая раненых по госпиталям Забайкалья, к тому же сказывались противоречия между Жуковым и Штерном, - поэтому получить на тот момент реальные сведения было невозможно. Наряду с этим командование 1-ой армейской группировки значительно завысило данные о японских потерях. За прошедший период такая тенденция завышения может быть объяснена идеологическими причинами. В исторических материалах говорится, что на 20 августа у японцев были силы в 75 тысяч человек. Говорить о том, что в Халхин-гольских сражениях потери составили 61 тысячу человек и 600 самолетов, - значит отступать от реальной действительности. В \Халхин-гольских боях личный состав советских войск был больше, чем у японцев, это понятно с учётом наступательной операции, низкого уровня подготовки военнослужащих, которых бросили в июльское сражение, с лозунгом “победа любой ценой”. Политическое значение победы было крайне важным, поэтому советские потери остались в тени, а потери вражеской стороны до сих пор преувеличивают.

 

(c) Copyright 2012-2014 "МОНГОЛИЯ СЕЙЧАС"

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Монголия Сейчас» обязательна.    Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Монголия Сейчас» www.mongolnow.com