ИСТОРИЯ

В метафизическом мире средневекового Востока коллективные медитации иногда приводили к неожиданным результатам. Речь не идет о картонных чудесах типа сдвинутой горы по молитве благочестивого башмачника из Багдада, о которых поведал Марко Поло (Марко Поло, с. 62–63). Буквальное прочтение евангельских метафор кроме недоумения ничего не вызывает. Иное дело — манипуляции с тонкими энергиями, психические внушения разрушающего свойства.

В «Чудесах сотворенного и диковинках бытия» Закарийа ал-Казвини в поисках  определения понятия «необычное»,  ссылается на такие бесспорные вещи, как чудеса пророков и сглаз; а удивительные дела жрецов и жриц происходят, по его мнению, вследствие слияния их душ с душами джиннов. Ходили слухи и о совершенно невероятных происшествиях. Одно из них было связано с султаном Махмудом Газнави. В 1025 г. султан завоевал в Хиндустане провинцию Калинджар и разрушил  храм Шивы. Религиозная война тюрков-мусульман с язычниками индусами оживила магическую составляющую соперничества.

«Необычное — это любое удивительное явление, которое редко случается и противоречит известным нормам и привычным наблюдениям. <…> К необычному также относится то, что некоторые люди обладают свойствами души, способной творить удивительное, свойствами, какими не обладают иные. Например, рассказывают, что некое племя в Индии, если их что-нибудь тревожит, удаляется от людей и все свое внимание концентрирует на этом так, что эта вещь попадает под их влияние. Говорят, что в Индии есть город, где живет это племя, и когда кто-то хочет им овладеть, то они насылают болезни. Когда султан Махмуд направился в поход против Индии, он спросил об этих людях, и ему рассказали, что существует секта индийцев, которая может концентрировать внимание на болезнях, и тогда они возникают по их желанию. И вот один из приближенных Махмуда подсказал ему сильно бить в барабаны и дуть в трубы, чтобы рассеять их внимание. Войска Махмуда проделали это, и болезнь прекратилась, а город был взят». (1)

 

Отрицать магическую составляющую средневековых войн равносильно отрицанию самих этих войн. Ссылка на то, что такого рода сведения не часто попадают в источники, не принимается. Очень мало действительно важного остается на бумаге, отсюда и изначальная необъективность исторической науки.

Почти по всей северной границе, протянувшейся от Ордоса до Хамийского оазиса, вдоль южной окраины пустыни Гоби, монголы граничили с тангутами. В апреле 1209 г. монгольские войска под командованием Чингис-хана вторглись на территорию Тангута. Тангутская армия во главе с наследником престола вступила в сражение с монголами и была разбита. Монголы двинулись к столице. В одном из горных проходов Алашаня, у заставы Имынь, их ожидала 50-тысячная тангутская армия. Монголы заманили тангутов в засады и разбили, затем приступили к осаде столицы.

Тангуты сопротивлялись. Стены Чжунсина оказались достаточно прочными, чтобы выдержать длительную осаду. Стояла глубокая осень. Начались сильные дожди. Осада явно затягивалась. Тогда  монголы решили запрудить протекающую поблизости реку и затопить город. По приказу Чингис-хана была сооружена большая плотина. Потоки воды хлынули в город. Тангутский правитель Ань-цюань срочно отправил посольство к чжурчжэням с просьбой выслать войска, но чжурчжэни отказались помочь тангутам. Столица была на краю гибели. Вода подмывала стены города. Но случилось непредвиденное. В январе бурный поток прорвал сооруженную монголами плотину и затопленным оказался монгольский лагерь. Монголы начали переговоры о мире. (2)

 

Так ли уж случившееся, было непредвиденным? С тангутской точки зрения, крушение плотины было ожидаемым событием. Тангуты прибегли к магической акции. В их распоряжении имелась сложная система обрядов во избежание бед и несчастий в государстве. (3)

 

Когда монголы в 1210 г. осадили тангутскую столицу, император (по другой версии — тибетские буддийские чины) изготовили дорму Махакалы, после чего река прорвала сделанные монголами дамбы и затопила их лагерь. Тем пришлось снять осаду и искать мира. (4)

 

Спустя много лет, южносунский посол Сюй Тин записал случайную беседу, где речь шла о необычайно жестокой расправе с сакральной фигурой тангутского общества — государственным наставником. По приказу Чингис-хана тот был разрезан на куски. Такой способ расправы косвенно свидетельствует о признании монголами магической мощи наставника.

«[Я, Сюй] Тин видел Ван Цзи, который говорил: „Я прежде сопровождал Чингиса при нападении на Си-Ся. По обычаю государства Си-Ся все, начиная с их владетеля и ниже, почтительно служили государственному наставнику (го-ши). Во всех случаях, когда [у них] имелись дочери, [они] прежде всего преподносились их государственному наставнику, а [только] потом смели выдавать [их] замуж другим. Как только Чингис уничтожил их государство, [он] прежде всего разрезал на куски государственного наставника. Государственный наставник [по своему положению] был, как монах Цю“». (5)

 

Считается, что Чингис-хан умер естественной смертью во время похода на царство Тангут в 1227 г. Тело его в строжайшей тайне было перевезено в Монголию и похоронено на горе Бурханхалдун. Однако слухи о насильственной смерти Чингис-хана  имели широкое хождение в областях, граничащих с Монгольской империей. Согласно известиям Галицко-Волынской летописи, после битвы на Калке, «ожидая покаяния христиан, бог повернул татар назад на восточную землю, и они завоевали землю Тангутскую и иные страны. Тогда же их Чингис-хан был убит тангутами. Татары же обманули тангутов и впоследствии погубили обманом. И другие страны они погубили — ратью, а больше всего обманом» (ПЛДР. XIII в. С. 261).

 Вильгельму де Рубруку известен другой вариант: тангуты, отличаясь храбростью, пленили Чингис-хана, но заключив мир с монголами, отпустили его, а впоследствии были покорены им. (6)

 

Картина этих же событий в «Сокровенном сказании» — источнике, отражающем взгляды монгольской кочевой элиты, выглядит так: «Дважды ополчаясь на тангутский народ за нарушение данного слова, Чингис-хан, после окончательного разгрома тангутов, возвратился и восшел на небеса в год Свиньи» (Сокровенное сказание, § 268). Специалисты по тангутской истории испытывают почти мистический интерес к этому эпизоду. К. Б. Кепинг задает вопрос: «Почему в изложении § 268 „Секретной истории монголов“ ощущается определенная причинно-следственная связь между действиями Чингис-хана, направленными против тангутов, и его смертью?». (7)

 

По сведениям Джувайни, во время тангутской кампании Чингис-хан был сражен болезнью. Виной тому, считался нездоровый климат. Однако, то обстоятельство, что недуг сразил Чингис-хана, с позиции монголов, указывает на вредоносную магию. Несмотря на то, что жители столицы сдались на милость победителей, все они были уничтожены, а город превращен в заповедник смерти. Так монголы поступали лишь в случае насильственной смерти представителей «золотого рода». (8)

 

«Когда Чингис-хан вернулся из стран Запада в свой старый лагерь на Востоке, он исполнил свое намерение выступить против тангутов. И после того как весь тот край был очищен от злоумышлений его врагов, после того как все они были завоеваны и покорены, его вдруг сразил неисцелимый недуг, причиной которого был нездоровый климат. Он призвал к себе своих сыновей Чагатая, Угедея, Улуг-нойона, Колгена, Джурчетая и Орчана и обратился к ним с такими словами: „Болезнь моя такова, что ее нельзя излечить никакими лекарствами, и кому-то одному из вас придется оберегать трон и могущество государства и еще более возвышать пьедестал, у которого уже есть прочное основание“» (Джувайни. I. 142–143).

Согласно поздней монгольской летописи, «Алтан Тобчи» (1601), Чингис-хан умер от лихорадки, которой заразился в тангутском городе Дармегее.

 

1. Цит. по: Демидчик В. П. Мир чудес в арабской литературе XIII–XIV вв. М., 2004. С. 73.

 

2. Кычанов Е. И. Монголо-тангутские войны и гибель государства Си-Ся // Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1977. С. 49.

 

3. Невский Н. А. Тангутская филология: Исследования и словарь. В 2-х кн. М., 1960. С. 52.

 

4. Sperling E. Further Remarks Apropos of the 'Ba'-rom-pa and the Tanguts // AOH, 2004. Vol. 57. N 1. P. 10, 18.

 

5. Мункуев Н. Ц. Некоторые проблемы истории монголов XIII в. по новым материалам. Исследование южносунских источников. Диссертация на соискание степени доктора ист. наук. М., 1970. С. 816. VII М 4ж/Мун. Отд. рукописей.

 

6. Post istos sunt ipsi Tangut ad orientem inter montes illos, homines fortissimi, qui ceperunt Chingis in bello, et pace facta dimissus ad eis, postea subiugavit eos (Ininerarium. XXVI. 2).

 

7. Кепинг К. Б. Чингис-хан и императрица // Ксения Кепинг. Последние статьи и документы. СПб., 2003. С. 204.

 

8. Юрченко А. Г. Историческая география политического мифа. Образ Чингис-хана в мировой литературе XIII–XV вв. СПб., 2006. С. 161–166.

Это серия эпизодов, зарисовок и исследований о необычных ситуациях в политической истории Монгольской империи, связанных с катастрофическими природными явлениями, магическими практиками, коллекциями минералов, растений и всевозможных артефактов.

Раздел подготовил историк, независимый исследователь Юрченко Александр

(c) Copyright 2012-2014 "МОНГОЛИЯ СЕЙЧАС"

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Монголия Сейчас» обязательна.    Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Монголия Сейчас» www.mongolnow.com